Новозеландский «Брейвик» - портрет убийцы-одиночки

Стрельба в новозеландском городе Крайстчерч стала шоком, но только для самих новозеландцев. Для тех, кто следит за происходящими в странах «золотого миллиарда» процессами, подобные трагедии стали вполне логичным результатом того, что происходит там последние годы. В этом смысле стоит сравнить психологический портрет новозеландского убийцы Брентона Тарранта с его знаменитым предшественником из Норвегии – Андерсом Брейвиком.

Брентон Таррант и Андерс Брейвик
Житель Новой Зеландии Брентон Таррант устроил стрельбу в городской мечети Аль-Нур, убив 50 человек, убийство он цинично снимал на видео. Почти 8 лет назад подобное массовое убийство совершил норвежец Андерс Брейвик, убив 77 человек в результате теракта в центре Осло и массовой стрельбы на острове Утёйя. Оба совершили преступления из идейных соображений.

Для начала рассмотрим те черты, которые их объединяют. Оба совершили свои преступления в довольно зрелом возрасте. Брейвик совершил расстрел людей в 33 года, а Таррант в 28 лет. Оба были довольно начитанными и в целом неглупыми людьми. Много изучали историю и политологию. Хотя Брейвик в целом был гораздо более эрудированным. Сам он был из богатой семьи, занимался бизнесом. Таррант был всего лишь фитнес-тренером и происходил из небогатой по новозеландским меркам семьи. Однако Тарранта с Брейвиком роднит то, что он имел свой опыт в бизнесе, зарабатывая на криптовалюте. И он, как и Брейвик, в итоге прогорел. Это разочарование, видимо, и сказалось на их психическом состоянии.

Оба очень любили порассуждать и теоретизировать на тему своих нацистских воззрений. Брейвик, будучи банальным неонацистом, чей нацизм развился на почве психических отклонений (а нацизм развивается, в основном, на почве умственных расстройств), очень любил теоретизировать, его «манифест» составил полторы тысячи страниц текста. У Тарранта текст поскромнее – всего 37 страниц. Сам текст гораздо более сумбурный, но смысл обоих воззваний сводится к следующему:

- мусульмане и прочие азиаты колонизируют Европу и другие континенты, колонизированные европейцами, уничтожают наше общество и его устои;

- европейцы должны сохранить свою идентичность и защищать себя от нашествия враждебных культур;

- защитой должно стать насилие вплоть до физического устранения «врагов».

Таррант мыслит проще – он просто ненавидит мусульман, поэтому устроил стрельбу в мечети. Брейвик в своих измышлениях пошел дальше – он увидел в качестве виновников правящую социалистическую партию Норвегии и ее политику «мультикультурализма». Поэтому отправился расстреливать молодежный съезд этой партии. Оба считали, что их должны посадить, но для них судебный процесс станет своего рода «пиаром», а их тюремное заключение станет своего рода «страданием за народы Европы». Брейвик вел себя на судебном процессе очень уверенно, ехидно улыбался и демонстрировал фашистские приветствия. Он мнил себя новым Гитлером, который судебный процесс над собой в 1923 году превратил в трибуну для своих взглядов. Таррант сравнивал себя с Нельсоном Манделой, как ни странно. Он считал, что пребывание Манделы в тюрьме лишь превратило его в великого мученика за справедливость. Ведь Мандела тоже когда-то вел вооруженную борьбу.

Норвегия и Новая Зеландия – благополучные страны, с красивой природой, с чистым воздухом. И именно в таких странах появляются подобные маньяки. Почему? В Германии или Франции количество турок, арабов и бывших жителей Черной Африки уже достигает 20 процентов населения. Туда хлынули основные потоки беженцев из Сирии, Ливии, Ирака и Афганистана, население свыклось с мусульманскими кварталами и даже городами, населенными цыганами и другими «некоренными» народами. В Норвегии и Новой Зеландии на мигрантов смотрят как на инопланетян. Именно потому в этих уютных благополучных странах так стали переживать из-за наплыва «чужих». Все знают, как себя ведет молодежь мигрантов, что она себе позволяет, как с ними приходит бедность и преступность, ведь они приносят с собой частицу Азии и нищеты.

рюкзак и жетоны Новозеландского убийцы Брентона Тарранта

ФОТО: рюкзак и жетоны Новозеландского убийцы Брентона Тарранта, на которых изображена символика столь любимая украинскими нацистами – бандеровцами из организаций: С-14, Правый сектор, Патриот Украины, Национальные дружины, партиями Национальный корпус и Свобода, спецротой МВД «Схидный корпус», полком МВД «Азов» и добровольческими батальонами «Айдар», «Торнадо», «Днепр» и т.д.

Конечно, Брейвик и Таррант – одинокий ответ общества европейского потребления на экспансию ислама с его отклонениями вроде ваххабизма, ИГИЛ и прочего. Это лишь одиночные проявления радикализма на фоне массовых случаев нападений исламских экстремистов на европейцев. Это зеркальный ответ на насилие, даже не симметричный. Однако это звонок для европейских властей. Если они не выстроят политику ассимиляции мигрантов либо не остановят поток беженцев, положив конец конфликтам на Ближнем Востоке, в Африке и Азии, то волна радикального национализма захлестнет Европу, для которой такие, как Брейвик и Таррант, станут героями. Не зря Таррант был в Украине, обращается к ней в своих манифестах – для него расцвет национализма в нашей стране и рост праворадикальных группировок выглядят как успех и правильный курс государства. Пусть украинские неонацисты лишний раз знают, кто их поддерживает на Западе, ведь даже американское правительство осуждает их деятельность. Нацизм является болезнью, которой в приличных странах страдают лишь маньяки-одиночки. На этом его история и должна закончиться.

Статья написана специально для сайта «Геополитика и мировая политика».
При полной или частичной перепечатке материала ссылка на сайт «Геополитика и мировая политика» обязательна.


Дата публикации: 24 марта 2019 г.

Тэги: национализм фашизм расизм нацизм


Другие статьи по теме:

Украинцев все больше унижают в Польше
Украинцев все больше унижают в Польше

Пока поляки уезжают работать в Западную Европу, украинцы занимают их место, становясь для коренного населения символом низкооплачиваемых рабочих. В Москве так воспринимают таджиков, а в Польше – украинцев. Это отношение вкупе с исторической

Загружается...